вид наручными часами. Тем не менее все это было не тем, что я искал. Пока я ходил из магазина в магазин, мне в голову пришла отличная идея: Карим был без ума от чая, так почему бы не подарить ему набор различных экзотических чаев? Я сделал пару звонков и узнал адрес хорошей чайной лавки. Сообразив, как доехать туда, я сразу же направился на ближайшую остановку.
Дождавшись шестидесятого автобуса, я сел в него, и он поехал по своему маршруту, подбирая на каждой остановке по два-три новых пассажира. То набирая, то сбавляя скорость, автобус продолжал следовать своему курсу, и через тридцать минут я стоял на переулке Гарибальди напротив ресторанчика японской кухни, а через два дома от него находилась чайная лавка, которую несложно было заметить по небольшой, но заметной, вывеске с названием «Цейлон».
Перейдя улицу, я пошел вдоль здания прямо к ней. По дороге я заглянул в панорамное окно японского ресторана – полно людей, как и всегда. Три минуты и я уже поднимался по лестнице к двери чайной лавки. Стоило только ее отворить, как зазвенели колокольчики. Я поспешил схватить их и аккуратно закрыть дверь. Никогда не любил этот звук. С детства он был для меня таким же неприятным как и тот скрежет, возникающий от проведения ногтями по доске.
– Добрый день! Чем я могу помочь? – улыбнулась продавщица, молодая девушка с короткими светлыми волосами и в сине-красном сарафане с бейджиком, на котором красовалось ее имя – Алиса.
Мне показалось, мы с ней уже где-то встречались.
– Мне нужен набор из разных чаев, – сказал я и тут же добавил, – для подарка.
– Тогда готовый набор предлагать не буду, – произнесла она с легкой улыбкой. – Они все невкусные. Вы можете сделать заказ, мы подберем лучшие ароматы. Но если есть время, можем прямо сейчас с вами приступить.
Времени было полно, так как в тот день у меня был выходной, поэтому я согласился. Да и девушка была милая. Она мне приглянулась с того момента, как только я увидел ее за стойкой. Не сказать, что любовь с первого взгляда, нет, просто было в ней что-то, и я каким-то образом это «что-то» почувствовал.
– Устроимся за тем столом, – сказала она, указав на столик у окна с небольшим кремовым диваном. – Я сейчас все подготовлю.
Девушка ушла в подсобку. А я тем временем рассматривал помещение. За стойкой на стене было множество полок с банками, в которых лежал тот или иной вид чая, с аккуратно прикрепленными цветными бумажками с названиями на каждой из них. Стены изобиловали разными китайскими и японскими иероглифами, извилистыми письменами на хинди и некоторыми другими символами неизвестных мне языков. Рядом с надписями в некоторых местах были развешаны фотографии чайных полей, сделанные, по-видимому, в разных странах.
Наконец, Алиса появилась из подсобки, неся несколько небольших подносов, расположенных друг на друге. Она аккуратно поставила их на стол напротив дивана и села рядом со мной. Мой нос ощутил ее парфюм: тонкий сладковатый запах. Мне вскружило голову. К своему собственному удивлению, я начал думать как бы найти повод пригласить ее на свидание. И эта мысль меня никак не хотела покидать. Поводов, однако, не было, поэтому я принялся ждать: может, появился бы какой-нибудь шанс.
На каждом подносе девушка разложила семь-восемь маленьких баночек стоящих на бумажках с названиями. В каждой из них находился вид чая, соответствующий указанному наименованию. Прямо как на полках, только мини-версия.
– Я принесла не все, только лучшие сорта, на мой вкус, – произнесла она, поправляя баночки. – Если ничего не понравится, у нас есть еще.
Она взяла в руки ближайшую к себе баночку и поднесла к носу, потом предложила мне.
– Это горный чабрец из Армении, – сказала Алиса. – На мой взгляд, самый ароматный из зеленых чаев.
Я поднес баночку к носу, и запах немедленно дал о себе знать. Это был непередаваемый аромат горных трав. Один из лучших запахов, которые мне когда-либо доводилось ощущать. Я немедленно попросил Алису записать армянский чабрец для моего набора.
Далее последовал красный чай с названием «Лао Сун Сяо Чжун», что, как сообщила продавщица, с китайского переводится как «Старая сосна с гор Чжэн Шань». В отличие от названия, запах мне не понравился, на что Алиса очень удивилась, но настаивать не стала.
Так мы с ней провели полтора часа, подбирая сорта чая. Пару раз за это время заходили другие покупатели, как я понял постоянные. Больше всего брали пуэр, который я сразу же забраковал, как понюхал. Я наблюдал как девушка любезно обслуживала покупателей и на прощание желала им хорошего дня.
В конце концов мы подобрали семь видов чая. Алиса их красиво разложила в коробке с изображениями японской тематики. Я расплатился и только открыл рот, чтобы пригласить ее в кино, так как других идей у меня не было, как она произнесла с ехидной улыбкой:
– Неплохо ты того парня отделал. Ну, на вечеринке.
«Так вот где я ее видел! – подумал я. – Значит, она знакомая или одна из подруг Нины. Будет ли теперь уместно звать ее куда-то?»
– Значит, ты видела, что было, когда меня оттаскивали? – я немного смутился.
– Угу, – она продолжала улыбаться.
– А вот теперь мне неловко. Хотел пригласить тебя на фильм, но, похоже, не стоит.
– Отчего же? – удивилась Алиса, с улыбкой раскладывая чай по местам.
Эта одна фраза привела меня в восторг. Я готовился к тому, что у нее окажется парень, или она его выдумает, чтобы не идти со мной никуда.
– Только ты должен пообещать кое-что.
– Что угодно!
– Ты ни на кого не накинешься.
– Ну мне будет сложно, но я обещаю постараться, – съязвил я, на что она захихикала. – Я заеду сюда часов в семь?
Алиса лишь кивнула.
Я буквально побежал на остановку, чтоб как можно быстрее попасть домой и привести себя в порядок к предстоящему свиданию.
III
Забежав домой, я увидел, как отец сидит за столом на кухне, склонив голову над горой счетов.
– Привет, па. Когда вернулся?
– Минутку, – он внимательно что-то считал. – Ну вот, сбил. Ладно. Что спрашивал?
– Ничего. За этот месяц все плохо?
– Да, не лучше, чем за прошлый. Хорошо бы, твой братец что-нибудь нашел, а то мы так утонем в этих счетах.
– Пап, ты же знаешь, он ищет. На собеседования ходит.
– Ходить мало! Ума у него нет, вот никто и не берет его.
Я ничего не ответил на это. Захотелось защитить брата, но отец был в чем-то прав.
